Ксении Аксютик 27 лет. Она родилась в Бресте, окончила экономический факультет Брестского государственного технического университета и получила специальность маркетолога-экономиста. Сегодня Ксения живёт и работает в Минске, выступает с AKS Band и развивает собственные музыкальные проекты. Москва стала важной частью её профессиональной карьеры после шоу «Голос», однако сама певица признаётся, что любит Беларусь и не считает переезд обязательным условием большой артистической карьеры.
Ксения — полуфиналистка 14-го сезона шоу «Голос»: на слепых прослушиваниях к ней повернулись Владимир Пресняков, ANNA ASTI, Пелагея и Ильдар Абдразаков. За её женственным образом и лёгкостью на сцене — самостоятельный путь без музыкальной школы, редкая выдержка и характер человека, который умеет превращать испытания в новые возможности. В интервью TOPBRAND.MEDIA Ксения разрушает стереотипы о музыкальном образовании и телевизионных конкурсах и рассказывает, что в действительности приводит артиста к победе.
— У вас сильный голос, точная интонация и сценическое обаяние. Что в этом дано природой, а что стало результатом обучения и постоянной работы над собой?
— Мне кажется, что музыку нельзя выбрать, она сама выбирает тебя. Музыка всегда была в нашей семье: дедушка был музыкантом, способности есть и у других родственников. Но вокруг меня не создавали историю маленькой будущей звезды. Я не училась в музыкальной школе, меня не возили по конкурсам с раннего детства, и долго никто особенно не выделял мой голос.
В четырнадцать лет я сама нашла педагога и попросила взять меня на занятия. Сначала педагог сомневалась: в этом возрасте многие уже несколько лет занимаются вокалом и выступают на сцене. Мне дали сложное произведение, и я каждый день разбирала его по фрагментам, пела снова и снова. Хотела доказать прежде всего себе, что могу. Педагог услышала результат, началась серьёзная работа, а вскоре появились и первые конкурсные победы.
Мне кажется, что музыку нельзя выбрать, она сама выбирает тебя
Эта история научила меня важному: талант не всегда заявляет о себе громко. Иногда он долго остаётся незамеченным и ждёт. Мой талант проявился только тогда, когда я сама настояла на занятиях и начала серьёзно работать.
— Проект «Голос» смотрят и любят во всём мире, но зритель видит лишь несколько минут выступления. Как вам удалось пройти многоступенчатый отбор и завоевать внимание сначала продюсеров, а затем всех четырёх наставников? И что осталось по ту сторону экрана?
— У нас музыкальная семья, и с детства мы вместе смотрели «Голос», обсуждали выступления и болели за участников. Попасть на этот проект было моей мечтой, поэтому я подавала заявку несколько лет подряд. Годом ранее отправила практически те же материалы, но не прошла даже первый этап. В этот раз почти ничего не изменила — и меня пригласили в Москву. В творчестве многое зависит не только от таланта и труда, но и от настойчивости и силы характера.
На первом очном кастинге я спела около десяти секунд и услышала своё первое «да». Команда «Голоса» во главе с Юрием Аксютой работает очень профессионально. Меня поразило, что он лично смотрит участников уже на этапе отбора. Я привезла около пятнадцати песен, одну из которых впоследствии утвердили для слепых прослушиваний.
Сложность проекта в том, что нет момента, когда тебя не оценивают. Команда наблюдает, как ты поёшь, держишься перед камерой, общаешься и работаешь. Даже утверждённая песня ещё не гарантирует выхода на сцену. Съёмку могут перенести, на площадке можно провести десять часов, приехать днём, а выступить глубокой ночью. Нужны выдержка и стрессоустойчивость. Камера не знает, сколько ты ждала, успела ли поесть и остались ли у тебя силы. В нужную секунду ты должна быть собрана и убедительна.
Когда повернулось первое кресло, я буквально «поплыла» от счастья и почти потеряла концентрацию. Нужно было мгновенно вернуться в песню и продолжить. Помог опыт: если бы я попала на проект раньше, могла бы не справиться с таким напряжением. В итоге ко мне повернулись все четыре наставника — Владимир Пресняков, ANNA ASTI, Пелагея и Ильдар Абдразаков.
Когда повернулось первое кресло, я на несколько секунд потеряла связь с песней. Нужно было прожить этот восторг — и сразу снова стать профессиональным артистом
КСЕНИЯ АКСЮТИК: ЧТО ОСТАЛОСЬ ЗА КАДРОМ ПРОЕКТА «ГОЛОС»
— Большие телевизионные шоу часто подозревают в том, что повороты кресел и реакции участников заранее срежиссированы. Что вы увидели изнутри?
— Я увидела честный и очень профессиональный проект. Режиссёры дают только технические указания: куда пройти, где остановиться, куда посмотреть. Никто не сообщает, что произойдёт и кто повернётся. Когда наставник выбрал меня, я на несколько секунд поддалась эмоциям. Успела это заметить, вернуть себя в песню и продолжить.
Поэтому эмоции в эфире настоящие. Профессиональная режиссура здесь не в том, чтобы придумать за человека реакцию, а в том, чтобы создать условия и не украсть у зрителя ни секунды подлинного переживания.
— Что вы чувствовали после слепых прослушиваний? Как долго длилось счастье от того, что вы прошли в проект?
— После выступления мне казалось, что я уже исполнила свою мечту. Только позже я поняла: слепые прослушивания были не завершением, а началом пути.
После съёмки мы всей семьёй вернулись домой и решили ненадолго собраться на кухне. Но никто так и не лёг спать. До утра мы обсуждали, что пережил каждый из нас, а в пять-шесть часов уже звонили родственникам, которые просыпались и ждали результата. Это было семейное счастье — слишком большое, чтобы просто выключить свет и уснуть.
КСЕНИЯ АКСЮТИК О НАСТАВНИКАХ «ГОЛОСА»: ЗВЁЗДЫ БЕЗ ДИСТАНЦИИ
— За время проекта вы увидели наставников не только в кадре, но и в работе и неформальном общении. Какие они за кадром?
— Меня поразило, насколько наставники простые и приятные в общении — в самом хорошем смысле. Они были открытыми, дружелюбными, поддерживали участников. Когда видишь их близко, особенно ясно понимаешь: масштаб создаётся не недоступностью, а огромным трудом.
Я давно следила за ANNA ASTI, ходила на её концерты и воспринимала её как звезду мирового уровня. На проекте увидела очень живого и приятного человека. Знать, что за большим успехом стоит труд, — одно. Совсем другое — увидеть и почувствовать это вблизи.
У Натальи Подольской особенная энергия: она входит в помещение — и пространство сразу меняется. Мы работали над моим полуфинальным номером. Возможно, дополнительное тепло возникло ещё и потому, что мы обе из Беларуси.
Наталья включалась в создание образов, обсуждала детали, помогала с вокалом и даже привозила свой микрофон, чтобы сохранить целостность моего номера. Зритель видит несколько минут, а за ними — множество людей, которые думают о каждой мелочи.
— Что оказалось главным в работе с Владимиром Пресняковым?
— Я выбирала не только наставника с сильным вокалом, но и человека, чей музыкальный вкус, стиль и творческий путь мне близки. В этом Владимир Пресняков оказался мне ближе всего. Он полностью выбирал мой репертуар и принимал основные художественные решения. Для меня это было непривычно: обычно я всё контролирую сама, а здесь доверилась другому человеку.
При этом он не лишал меня индивидуальности. Давал песню и направление, а дальше я наполняла их собой. И его команда действительно существует как семья.
В них не было ничего от той звёздности, которую обычно представляют люди. Все наставники оказались очень приятными, дружелюбными и открытыми
ПОЧЕМУ «ГОЛОС» — ЭТО ПРОЕКТ НАСТАВНИКОВ
— Какие главные профессиональные открытия вы сделали после «Голоса»?
— Главное открытие состояло в том, что «Голос» — во многом проект наставников. Именно наставник выбирает репертуар, задаёт направление и решает, какую сторону участника раскрыть зрителям. Владимир Пресняков не пытался меня изменить: он давал песню и творческую задачу, а я наполняла их собой. Для меня, привыкшей самостоятельно контролировать каждый процесс, это стало важным опытом доверия.
Второй вывод оказался ещё неожиданнее: в «Голосе» побеждает не обязательно тот, кто лучше всех поёт. Можно прекрасно петь, но не выдержать десяти часов ожидания — устать, проголодаться, разозлиться, решить, что всё устроено неправильно. Проект постоянно задаёт вопрос: «Тебе точно это нужно?» Только задаёт его не словами, а испытаниями. Далеко проходит тот, кто выдерживает месяцы работы, ожидание, неопределённость и постоянное напряжение, — самый дисциплинированный и тот, кому это действительно больше всех нужно.
В «Голосе» побеждает самый дисциплинированный человек — тот, кому это больше всех нужно
После четвертьфинала я легла около шести утра, а в восемь проснулась без голоса — не могла нормально разговаривать. Я не могла репетировать и не понимала, смогу ли вообще выйти на сцену.
Главное было психологически не разрушить себя: не впасть в панику, не решить заранее, что всё закончилось. Накануне выступления голос начал возвращаться. Репетиция музыканта передо мной, задержалась примерно на час — и этот час стал моим единственным полноценным временем для работы над песней. Высокие ноты я фактически впервые попробовала уже во время выступления, не зная наверняка, получится ли.
В такие моменты спасает всё, что сделано раньше: техника, опыт, память тела, профессионализм. Голос — не только природный дар. В каком-то смысле это спорт: мышцы, дисциплина и постоянная форма.
Трудности как будто спрашивают: тебе точно это важно? Если да — собирайся и иди дальше
ОТ МУЗЫКИ К ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОМУ МЫШЛЕНИЮ
— Вы подарили нам несколько важных инсайтов о достижении целей. Вы творческий человек, но мыслите очень прагматично. Откуда в вас практичный, почти предпринимательский подход к профессии?
— В нашей семье практически у всех были свои бизнесы и проекты. Если была какая-то работа, дети не оставались в стороне. Для меня это стало первой школой бизнеса, сервиса и общения.
По образованию я маркетолог-экономист. Работала в туризме и швейной компании, занималась маркетингом, SMM и визуальным оформлением, параллельно пела в группе. Мне всегда было мало просто выйти на сцену: хотелось понимать, как устроен весь проект — от идеи до результата.
От мамы мне досталось и чувство стиля. Она путешествовала, привозила необычные вещи, формировала мой вкус. До сих пор мы можем обсуждать всё: силуэт, длину, высоту каблука, настроение образа. Она предлагает идею, я развиваю её — или наоборот. Поэтому мои сценические образы часто рождаются не в кабинете стилиста, а в нашем постоянном творческом диалоге.
— Вы много лет на сцене и наблюдаете реакцию публики вживую. Какую музыку сегодня любят белорусы?
— Аудитория очень сегментирована. Может появиться большой трек, но уже нет одного нового жанра или набора песен, который объединял бы несколько поколений. Каждый живёт в своём музыкальном поле.
Поэтому на событиях лучше всего объединяет ретро — песни, когда-то звучавшие буквально отовсюду: Леонид Агутин, Валерий Меладзе, Андрей Губин и другие артисты той эпохи. Даже моя четырнадцатилетняя сестра получает от этой музыки удовольствие.
Дело не только в моде на ностальгию. Это общий культурный опыт. Человек может специально не слушать такие песни, но узнаёт первые ноты — и вспоминает детство, юность, телевидение, семейные вечера. Композиция превращается в эмоциональный код.
Ретро — это не просто ностальгия, а эмоциональный код, который объединяет поколения
У музыкантов есть наблюдение: в начале вечера можно играть новое и интеллектуальное, но позже люди захотят любимого и знакомого. Современная музыка тоже прекрасно работает — например, ANNA ASTI, Zivert, отдельные большие хиты. Но ретро пока остаётся самым универсальным языком большого праздника.
— Какие советы вы можете дать тем, кто приглашает музыкантов на важное событие?
— Сначала нужно ответить на вопрос: вы выбираете музыку для себя или для большинства гостей? Это разные задачи.
Затем следует определить функцию музыки. Она должна быть ненавязчивым фоном для общения, создать тёплое настроение, вовлечь людей, открыть танцевальную часть или подчеркнуть статус и характер бренда?
Музыкантам нужен социальный портрет аудитории: возраст, интересы, отношения между людьми. Вечер для клиентов с деловой субординацией и корпоратив для команды, которую хотят сблизить, требуют разной энергии.
Важны место и время выступления в программе: кто выходит до и после, когда подают еду, в каком эмоциональном состоянии находится зал. Не стоит приглашать артиста только потому, что все говорят, будто он хорош. Даже прекрасный исполнитель может не соответствовать конкретной аудитории. Выбирать нужно не абстрактно лучшего, а самого точного для вашего вечера.
— Какую ошибку организаторы совершают чаще всего?
— Воспринимают артиста как отдельную строку в смете: пригласили, поставили два отделения между подачами блюд — задача выполнена.
Однажды я пела на большом событии известной компании. Пространство было масштабно оформлено, все зоны украшены, но меня поставили слева от входа, в тёмном углу, без нормального света. Бренд заплатил за артиста и декорации, но не соединил их в одно впечатление. А музыка могла стать частью визуальной концепции. Если расположить исполнителя возле фирменной инсталляции, продумать свет и кадр получится перфоманс. Гости будут снимать и публиковать видео — бренд получит не только выступление, но и контент, а также дополнительный охват.
Другая ошибка — не говорить с музыкантами о людях и смысле события. Организатор сообщает время и длительность программы, но не объясняет, какое состояние нужно создать. Между тем артисты могут придумать лаунж-зону, джазовый сет, перформанс, сопровождение fashion show, разные составы — от дуэта до большой команды. Но для этого их нужно подключить к обсуждению в качестве творческих партнёров.
Хорошее событие начинается не с фразы «сыграйте два раза по сорок пять минут», а с вопроса: «Что мы хотим, чтобы люди почувствовали?»
ПОСЛЕ «ГОЛОСА»: СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА КСЕНИИ АКСЮТИК
— После проекта вас услышали миллионы. Какой должна быть следующая глава?
— Сейчас я готовлю первый большой самостоятельный концерт: программу, команду, съёмки, продвижение, продажи. Так появляется новый масштаб.
Собственную песню я могла бы выпустить хоть завтра — найти материал, записать и представить публике. Но не хочу выпускать трек только потому, что у артиста «должна быть своя песня».
Я мечтаю встретить автора или продюсера, который почувствует меня и поможет выразить то, что существует внутри меня без слов. И я с огромной радостью делюсь с вами моим первым релизом — новой версией песни Владимира Преснякова «У тебя есть я», созданной под его творческим руководством совместно с лейблом Velvet Music. Для меня это большая честь и очень важный первый шаг в собственной музыкальной истории.
Интервью: Татьяна Вержбовская
Фото: из личного архива Ксении Аксютик
Вам также понравится:
